Наказание за доброе дело

работаДрузья на работу звонят мне нечасто. Все больше домой, наговаривая длинные сообщения на автоответчик, или — гораздо чаще — на мобильный. Может, поэтому я так хорошо помню звонок от Татьяны, хотя это было полтора года назад.
— Ир, если ты не очень сегодня занята, я хотела подъехать, кофе выпить, поговорить… У меня к тебе есть огромная просьба… Можно?
— Тань, ну о чем речь, конечно приезжай! — отозвалась я, думая одновременно о том, как бы выкроить время на обеденный перерыв, и о том, зачем я так срочно понадобилась старинной подруге. В том, что вопрос для нее серьёзный, я не сомневалась
— иначе она бы не стала меня дёргать. Если бы я только знала тогда, чем все обернётся…

Мой ангел-хранитель

Татьяну я знаю одиннадцать лет. Я тогда закончила школу и приехала покорять киевский вуз. С покорением не сложилось, и день, когда я не увидела своей фамилии в списках поступивших, был не лучшим в моей жизни. Глотая слезы, я отправилась в общежитие, собрала вещи и поехала на вокзал. Дальше все было как в плохом кино — купить билет не успела, поезд ушёл без меня, а пока я, задрав голову, рассматривала расписание движения электричек, пытаясь сообразить, можно ли добраться на «перекладных», чья-то ловкая рука облегчила мою сумочку. Ненамного — на один кошелёк. Обнаруженная пропажа доконала меня окончательно. В общем, я стояла в углу вокзала, плакала уже в три ручья, когда появилась Татьяна. Как она объяснила позже: «Просто не могла пройти мимо. Подумала, что моя Дашка вырастет, превратится в такую вот девчонку, и ей тоже может понадобиться помощь…»
Я прожила у Татьяны две недели. Она тогда преподавала математику в экономическом вузе и договорилась, что меня возьмут на работу помощником лаборанта на одной из кафедр. Как работнику института, мне выделили место в общежитии. Через год я стала студенткой именно этого института. Уже живя в общежитии, прибегала к Татьяне часто — очень уж уютно мне было в их тесной квартирке. Я обожала Таню, мне нравилась её улыбчивая мама, лохматый муж Димка, а уж в пятилетней Дашке я вообще души не чаяла. Таня и Димка были не намного старше меня — лет шесть-семь, и наши отношения были по-настоящему дружескими. Потом, правда, меня увлекла сначала новая любовь, затем — работа, мы стали видеться реже, но на дни рождения и прочие новые годы созванивались неизменно.
…Вообще у Татьяны была лёгкая рука. Оставшись благодаря ей в столице, я смогла завоевать свое место под солнцем. Работать начала ещё в студенчестве, сначала в институте, потом ушла секретарём в небольшую фирму. Я понимала, что работа это временная, но опыт (да и деньги, пусть небольшие, но свои) ещё никому не мешал. Закончив институт, я продолжила работать в той же фирме, занимающейся полиграфией. И если ещё два года назад я считала эту работу временной и перспектив особых для себя я там не видела, то теперь ситуация несколько изменилась. Фирма, созданная, как мне казалось, одним богатым папочкой для своего великовозрастного сына, чтобы тот не болтался без дела, неожиданно твердо стала на ноги. Сергей, наш шеф, оказался на удивление вменяемым и совершенно непохожим на мальчика-мажора. Он с азартом взялся за дело и в то время, пока я разносила по офисам коммерческие предложения, в перерывах сдавая экзамены и курсовые, упорно работал и завоёвывал место на рынке полиграфических услуг.
А в тот вечер, когда я притащилась на работу с бутылкой шампанского и новеньким дипломом, вдруг сделал мне предложение. Коммерческое, разумеется! Так я стала ассистентом директора. Не скрою, это было большой удачей. Я работала по 12 часов в сутки: вникала в тонкости, читала толстые книги по бизнесу, анализировала, сравнивала. Ела редко, спала мало, но была счастлива. Через полгода Сергей признался, что без меня ему было бы очень непросто управляться с делами. Не скрою, мне было очень приятно это услышать.

Ответить добром на добро

— У нас радость! — сообщила Татьяна, но как-то не вязались эти слова с её озабоченным лицом. — Представляешь, Дашка поступила в институт! Правда, на заочный, но сама! На полиграфический.
Я обрушилась на подругу с поздравлениями. Надо же, Дашка, тот самый смешной карапуз…
— Ир, — на лице Татьяны выразилось замешательство.— Ир, скажи, а у вас нет для нее работы? Ну хоть курьером…
— Курьером нет, — протянула я, и тут блестящая, как мне показалось, мысль осенила меня. — Танюш, буквально через пару месяцев наша секретарь уходит в декрет! Зарплата небольшая, но зато работа лёгкая, а главное — Дашка будет крутиться в нужной среде, у нее же всё-таки полиграфический! За год-полтора пообтешется, будет проявлять инициативу — найдём для нее другую должность!
В общем, я ликовала — такая возможность устроить Танюшину дочь! Разве я могла знать?…
Поначалу все было хорошо. Коллектив принял Дашу с нежностью, сотрудники наперебой старались помочь, подсказать, подшучивали над широко распахнутыми глазами и переживали по поводу отсутствия молодого человека. Дашка была похожа на молоденького щенка, просиживала на работе допоздна и очевидно гордилась тем, что она работает как взрослая и наравне со взрослыми. Правда, работа её сложностью не отличалась — принимать звонки и переключать их на нужного сотрудника, разбирать почту, отправлять факсы и деловые предложения, переводить мелкие суммы партнёрам…
Через полгода Дарья совсем освоилась и… нашла молодого человека. Примерно в это же время начались и проблемы.
Началось, как водится, с малого — мне пришлось, подбирая слова, несколько раз напоминать Дашеньке, что рабочий день начинается с девяти часов, и именно с этого времени начинают звонить заказчики и поставщики, а то, что она приходит на работу лишь к одиннадцати, сильно мешает нормальному рабочему процессу. Даша коротко извинялась и… через три дня опять опаздывала. Потом ко мне пришла Лена, менеджер клиентского отдела, и сообщила, что Даша не разобрала вовремя почту и несколько заказов попали к ней спустя долгое время, а значит — «ушли” к конкурентам. Потом Даша забыла отправить предложение на участие в тендере, и мы «пролетели». Тут уж я перестала выбирать выражения и поговорила с девушкой очень жёстко. Даша каялась, извинялась, обещала, что впредь такого не повторится. Правда, обещания так и остались обещаниями: не проходило недели, чтобы кто-то из сотрудников не жаловался мне на Дашину забывчивость, нерасторопность или форменное разгильдяйство. Ситуация осложнялась тем, что я изо всех сил старалась «прикрыть» Дашу и перед шефом, и перед коллегами. Я пыталась поговорить и объяснить, что надо серьёзнее относиться к работе, даже пару раз требовала объяснений, почему оказалась потерянной та или иная важная бумажка, но наталкивалась на широко распахнутые глаза: «Да нет же, я все держу под контролем!»

Стихийное бедствие

За пару недель до Нового года Даша заболела. Её не было три недели, и тут-то мне открылись масштабы катастрофы. Вероятно, до этого Даша «фильтровала” звонки (она ведь сидела на телефоне!) и ко мне попадало далеко не все, но тут… По несколько раз в день звонили то разъярённые клиенты, то партнёры, которые утверждали, что им не перевели деньги. Пару раз я проверила — деньги ушли, но в адресе — ошибка… Они, понятное дело, вернутся к нам через полгода, но откуда ошибка? Откуда столько ошибок???
А целая сумка с неразобранной почтой, в которой я обнаружила несколько десятков заказов на рекламную новогоднюю продукцию, повергла меня просто в шок. Как оказалось, одна маленькая девочка может наделать много бед…
Я знаю, что Дашу надо увольнять. Более того, я отчётливо понимаю, что сделать это надо было давно.
При мысли о том, какой материальный и моральный ущерб делам фирмы нанесла Даша, мне становится нехорошо. Я пыталась привести все дела в порядок, но у меня слишком много своих дел. Да и на многие вещи может пролить свет только сама Даша.
А что наша девочка? А она в ответ на гневную отповедь пожала плечами и сообщила… что уходит на сессию. И заодно — что она советовалась с юристами и что я не имею права её не отпустить. Я, конечно, могу довести все до сведения Сергея и уволить наглую девчонку по статье, да ещё и с «волчьим билетом». Но с одной стороны мне нестерпимо стыдно перед шефом и перед коллегами: ведь это я поручилась за эту девочку. И доводить дело до скандала не хочется… А с другой — Татьяна столько для меня сделала… Будет невероятным свинством и чёрной неблагодарностью устроить скандал. В общем, я просиживаю ночами над реестрами, корешками переводов и сумками с почтой. Даша же, похоже, чувствует себя совершенно безнаказанной. А я не могу решиться даже на откровенный разговор с подругой….

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Здесь можно подписаться на новые сообщения без комментирования.

© 2017 Koshakoff || Дизайн и поддержка: GoodwinPress.ru